В Русском драматическом театре завершился парад зимних премьер. Большой и почти дружный коллектив пытается перевести дыхание в ожидании весенних новинок.
Радует и интенсивное обновление творческой крови за последний год. Новые режиссеры пришли со своими идеями и, обращаясь к переосмысленной классике, с разной степенью успеха сумели взбодрить и актеров, и зрителей.
Микаил Мердинли представил собственный взгляд на Дон Жуана, пробежавшись по страницам Пушкина и Гумилева из XIX в XX век. Турал Вагифоглу вместе с драматургом Исмаилом Иманом вернул зрителя в век девятнадцатый, погрузив нас в сложные отношения баска Хосе и цыганки Карменситы.
А в минувшую субботу мы и вовсе отправились в 11-е столетие – к героям «Шотландской пьесы» Уильяма Шекспира.
На сцене Русской Драмы состоялась долгожданная премьера спектакля «Леди Макбет», поставленного Джейхуном Дадашовым.
Новые режиссеры не ищут простых путей, не делают они их простыми и для зрителя. И если Турал с Исмаилом в спектакле «Кармен» удвоили количество Хосе, то Джейхун Дадашов в работе над знаменитой пьесой Шекспира придумал увеличить в два раза число ведьм, а супругу Макбета и вовсе вывести в шести ипостасях. В оригинальной пьесе леди Макбет в одиночку уговаривала мужа убить шотландского короля, а у Джейхуна Дадашова этим занимаются сразу шесть дам. Правда, надо признать, подобное решение пошло спектаклю на пользу: темп заметно ускорился. Если классические постановки длятся более двух часов, то в Русской драме действие уложилось в 80 минут без антракта.
Беспокойство о зрителях
Главное, что беспокоит меня в таких проектах – поймет ли что-нибудь зритель, не перечитавший Шекспира перед спектаклем (как сделал я). Изобилие действующих лиц – характерная примета драматургии той эпохи. Разобраться во всех макдуфах, малкольмах, сигурдах, понять, что такое кавдорский тан и чем он отличается от тана гламисского, весьма мудрено. А уж когда режиссер множит и тасует сущности, задача усложняется еще сильнее.
Однако если не углубляться в тонкости драматических связей и воспринимать происходящее как эффектное трагическое шоу, спектакль получился по-настоящему впечатляющим. Яркий, энергичный, выразительный, дерзкий, с натянутыми нервами и тщательно выстроенными мизансценами. Чувствуется богатый опыт режиссера в жанре пантомимы: выразительная пластика во многом компенсирует те моменты, где текст ускользает от полного понимания.
Вскользь позволю себе напомнить: в слове «Макбет» ударение падает на последний слог. В шотландских фамилиях «Мак» – безударная приставка: Макдональд, Маккартни, Макинтош. «Maк» означает «сын» – своего рода клановая формула происхождения. Дональд оглу, Интош оглу, Бет оглу.
Действующие лица и исполнители
Сперва, конечно, поговорим о леди Макбет.
Не могу не отметить, что в Русской драме в последнее время стал популярен прием «главный герой в объятиях группы красоток». Пьяного Гамлета ублажает бригада придворных дам. В «Кармен» кордебалет с похожим составом согревает своими телами старшего Хосе. Теперь вот на сцене – Макбет и его ушестеренная жена.
«Если б я был Макбет, я б имел шесть жен. Шестерной красотой был бы окружен».
Леди Макбет разделена на шесть ипостасей: Власть (Ольга Арсентьева), Страсть (Натаван Гаджиева), Забота (Диляра Назарова), Хитрость (Тамилла Абуталыбова), Гнев (Говхар Шахбанова), Сомнения (Сабина Асим). Они действуют настолько динамично, слаженно, что составляют действительно цельный ансамбль. Вряд ли зритель способен различить и запомнить, кто есть кто, тем более что девушки одинаково одеты и одинаково готично загримированы. Но этого и не требуется: режиссерская задача представить Януса Полуэктовича (зачеркнуто) Леди Макбет единой в шести лицах достигается вполне убедительно.
Эффект получается действительно сильный, и игрой всех шести актрис я искренне наслаждался. Все черногубые красавицы справились с ролями превосходно. Хотя все же выделю Натаван Гаджиеву, Диляру Назарову и Ольгу Арсентьеву: страстность первой, душевная боль второй и внутренняя основательность третьей звучат особенно выразительно.
Ведьм играют все те же шесть актрис. И это одна из многочисленных изюминок представления. Не могу не признать восхитительным перерождение традиционных сценических красоток в старух-колдуний. Да, и Макбет наверняка догадывался, что его жена/жены не ангел, что метла за кулисами стоит не просто так.
Расширение актерского диапазона в этом спектакле ощущается особенно отчетливо. И постановка Джейхуна Дадашова производит впечатление не только режиссерского высказывания, но и своеобразной ревизии творческих ресурсов театра.
Поэтому отдельная благодарность режиссеру за умение разглядеть и вывести на передний план актерские таланты, которые прежде нередко оставались в тени. Подобная внимательность к труппе говорит о профессиональной зрелости: важно не просто собрать выразительную мизансцену, но и точно почувствовать, кому и в каком материале пора дать новый голос.
Показателен даже небольшой выход Рашада Алиярова в роли старого привратника. Один его неторопливый ворчливый проход из правой кулисы в левую демонстрирует, насколько широк диапазон артиста, которого зритель привык видеть в образах холодных аристократов и суровых стражников. Здесь же появляется иная краска – живая характерность и почти бытовая достоверность. Алиярову удается создать запоминаемый образ буквально несколькими штрихами, и именно такие роли нередко становятся лучшим доказательством актерской свободы: когда для впечатления не требуется большого сценического времени, достаточно точной интонации и внутренней уверенности.
Прекрасен Рустам Керимов в роли Банко. Столько пестрых эмоций, многозначной мимики, пластических парадоксов.
Часть роли связана с появлением уже погибшего Банко, и, памятуя о его блестящей работе в образе Тени отца Гамлета, Рустама Керимова вполне можно назвать заслуженным призраком Русской драмы.
Небольшая, но крепко выстроенная роль Малкольма может позволить Фариду Бахрамову гордиться этой частью своей творческой биографии.
Принц Малкольм Фарида не растворяется в стремительном действии, а постепенно набирает внутренний вес, превращаясь из осторожного наследника в человека, готового принять ответственность за судьбу страны.
Мощная работа Илькина Мехтиева в трагической роли Макдуфа, потерявшего семью и мстящего убийце. Сильный, брутальный образ! Однако актеру, пожалуй, стоит особенно тщательно оберегать его от малейшего комического оттенка. Зрители, привыкшие к блистательным комедийным ролям Илькина Мехтиева, словно подсознательно ждут повода для смеха. Давать им такой шанс не следует. По крайней мере, не в этой трагедии.
Единственно странный выбор режиссера – Ягуб Зейналов в роли короля Дункана. Малодостоверный, неуверенный, тяжелый. Плюс совершенно невыносимая дикция. Такое назначение на роль могу признать только каким-то недоразумением.
Зато Ярослав Трифонов в роли Макбета предсказуемо хорош. Это первая по-настоящему отрицательная роль Ярослава в театре (плохие русские остались в кино). И, преодолевая свою природную доброту и мягкость, Трифонов вырастает в образ, где скрытая жестокость и амбиции буквально пульсируют под кожей персонажа.
Его Макбет на наших глазах перерождается из преданного королю военачальника, отважного воина, в амбициозного подлеца, готового идти на предательство и убийство ради власти.
Особенно сильны моменты, когда сомнения Макбета борются с решимостью: зритель ощущает, что перед ним не просто злодей, а трагическая фигура, поглощенная собственными страстями.
Если Ярослав-Макбет выразителен сам по себе, то в дуэтах его сила раскрывается еще ярче. В паре с Рустамом Керимовым-Банко или Илькином Мехтиевым-Макдуфом энергетика сцены вырастает в разы – здесь 1+1 далеко не равно двум. А в дуэте (вернее, в септете) с леди Макбет сценическая мощь Трифонова достигает просто невероятных высот, превращая каждое мгновение на сцене в напряженный, почти осязаемый вихрь эмоций.
И эта мощь, надо признаться, ниспровергает сам концепт спектакля. Леди Макбет – хоть одна, хоть ушестеренная – не способна отодвинуть на задний план самого Макбета. Он главный герой. На нем все держится. Так написал драматург и так сложилась сценическая правда, как бы ни переформулировал концепцию режиссер, и какой бы заголовок он ни ставил на афишу. Джейхуна Дадашова в нелегкой творческой схватке одолели Уильям Шекспир и Ярослав Трифонов. А это, я вам скажу, сила!
Ярослав пока заметно нервничает и пот градом тому свидетельством. Но эта нервозность постепенно сойдет на нет. Когда список убитых королей в «Леди Макбет» приблизится по длине к реестру зарезанных Гамлетов (в одноименном спектакле Ярослав играет Лаэрта), постановка окончательно выровняется и обретет ту сценическую уверенность, которая сделает ее мощным триумфом для актера и всего театра.
Теперь о прочих подробностях
На сцене немного недостает света. К примеру, фонари, с которыми выходят ведьмы, светятся, но не освещают. Да и в целом сценический сумрак мог бы быть и пожиже.
В остальном спектакль успешен по многим параметрам. Минималистичные декорации Александра Федорова не зацикливают зрителя на конкретной эпохе, а выводят действие на межвременной уровень, позволяя сосредоточиться на драматических конфликтах и психологических нюансах. Интересная находка режиссера – экран с видеокомментариями, отпечатками рук словно в пещере Куэва-де-лас-Манос и с визуализированными судорогами макбетовского сознания (искаженные лица, ноги в тазу и прочий Бунюэль). Этот прием производит серьезное впечатление, усиливает внутреннюю напряженность и придает спектаклю футуристический оттенок, необычный для классической трагедии.
Костюмы Ольги Аббасовой тоже заслуживают похвалы: они органично вписываются и в события XI века, и могли бы спокойно существовать в какой-нибудь фантастической саге, объединяя историческую достоверность с современным визуальным пластом. Все эти элементы вместе создают ощущение, что перед нами не просто реконструкция, а живой, актуальный спектакль, который говорит с современным зрителем на его языке. Потому и финальный выход актеров, исполненный в стиле рок-концерта, тоже производит отличное впечатление, на прощание заряжая зрителей сильной энергетикой.
Краткое резюме: постановка «Леди Макбет» может показаться сложной для восприятия, но остается чрезвычайно выразительной, динамичной, яркой и самобытной. Кастинг удачен почти полностью, а режиссер не только тщательно проработал каждую мизансцену, но и умело выстроил их в стройное, гармоничное целое. Нужно везти спектакль на какой-нибудь театральный фестиваль.