Низины и возвышенности, холмы и горы, каньоны и расщелины, моря и океаны, реки и болота – все блистательное разнообразие мировой географии, экзотической и волнующей душу любого человека, неравнодушного к приключениям, нашли свое воплощение на улицах Баку.
Строители дорог очень старались. Они изобретали и продолжают изобретать рецепты асфальта, быстро украшающегося вязью причудливых трещнн, они исхитряются делать каждый метр дороги совершенно неповторимым и увлекательным для любого путешественника, они выравнивают улицы так, что разогнавшийся лихач знай только и вскрикивает: «У-ух! Оп! У-ух! Оп!»
Где же по недоразумению улица оказывается чересчур ровной, на помощь проштрафившимся дорогостроителям приходят коммунальщики. Они укоризненно смотрят на асфальтоукладчиков, делают на лице мину «Чтоб это было в последний раз!» и со словами: «А не поискать ли нам здесь какую-нибудь трубу?» хватаются за ломы и черенки лопат.
Из общего правила всегда бывают исключения. По неизвестной причине в Баку таковыми являются центральные трассы, где ездит большое начальство. Почему избранные проспекты покрыты почти на уровне неприсоединившихся стран, а второстепенные авеню да боковые улочки вызывают обильное слюноотделение у испытателей бульдозеров, – одна из Больших Загадок столицы. Зато мы – бакинцы – искренне гордимся, что именно в нашем прекрасном городе, расположенном на холмах, существуют уникальные вертикальные лужи, не стекающие с любого уклона.
Гидрография бакинских улиц – отдельная волнующая тема. Мало-мальский дождик легко наполняет неровности рельефа, а добрый ливень быстро лишает Венецию ее уникальности. Народ достает с антресолей бабушкины галоши и дедовские бахилы. В моду входят пакеты из престижных магазинов, употребляемые в качестве носков. Предприниматели интересуются оптовыми расценками на байдарки. На улицы выбегают счастливые обладатели аквалангов. Их возмущенно отгоняют поклонники спортивной рыбалки. Потоки воды стекаются к центру города, где обитатели первых этажей всплывают навстречу к солнцу, добродушно обсуждают прогнозы погоды и состояние ливневой канализации.
Зимой другая радость – снег. Глядя на белое великолепие из окна, человек радуется неизбывной красоте природы. Выходя из дома, радуется обнаруживающемуся таланту фигуриста. Садясь за руль, радуется возможности испытать свой автомобиль на прочность, а прохожих – на готовность потолкать машину через засугробленные дороги.
Снег сравнивает в арктическую поляну улицы и площади, скверы и фонтаны. Город мгновенно притихает. На водителей автобусов, отважившихся выйти на линию, все смотрят уважительно, как на покорителей полюса, и делают ставки: «Как далеко этот автобус уедет и как в него втиснутся все возмечтавшие добраться до работы, дома, поликлиники».
ытупПоселки, деревни и города-спутники, окружающие Баку, мгновенно отодвигаются на сотни километров. В снежную погоду туда звонят не как к соседям, а как к обитателям орбитальной космической станции:
– Алло! Алло! Как у вас погода? У нас почти ничего не видно!
– И у нас почти ничего! Дядя Вюсал вышел во двор и уже полчаса стоит, застряв по пояс в сугробе. Тетя Фируза прокапывает к нему проспект, а мы придумываем для этого проспекта название.
– А морковкой дядю Вюсала вы оформить не пробовали?..
– Он уже сгрыз две.
– Алло! Алло! У вас снега много?
– Приезжайте и забирайте весь!
– Летом, не раньше! Пока запряжём мамину болонку, то да сё…
Девушки в зимнюю пору пользуются у парней успехом, о котором и мечтать не могли в теплые времена. Откуда-то из-под наста выкарабкиваются самые красивые и благородные джигиты, сбиваются в стада и метко забрасывают дам кусками льда. Видные отечественные антропологи полагают, что это есть представители тупиковой ветви гобустанской цивилизации. Данная ветвь не пошла традиционным путем развития искусств и ремесел, а целиком сосредоточилась на идиотском гоготе и охоте за слабыми соплеменницами. Несколько антропологических музеев мира было заказали несколько особей для своих экспозиций, но, немного поразмыслив, брезгливо отказались.
…Снег лежит недолго. Он стаивает, превращая тротуары в девонширские болота. Теперь прохожие не летят по утоптанным и накатанным ледяным дорожкам, а плывут баттерфляем по ручьям талой воды.
Когда паводок спадает, из-под одеяла вылезают городские власти и, позёвывая рассказывают прессе, как они мужественно боролись со внезапно нагрянувшей зимой.