«Зеленый диван» с Азером Гарибом

2012 год

54 просмотров

Бывший сторож, бывший востоковед, бывший сотрудник государственной нефтяной компании и даже бывший капитан МВД Азер Гариб нынче известен как азербайджанский путешественник номер один. За его плечами сотни тысяч километров, десятки стран, сотни городов, телепередачи, репортажи, статьи. Осталось вспоминать или…

Сапунов: Вы – десятый герой нашего «Зеленого дивана». И так уж получилось, что до сих пор со всеми своими гостями я был на ты. С вами – иначе. С кем вы на ты?

Азер Гариб: Я не люблю тыканье. На «ты» я лишь с близкими людьми – родными, ближайшими друзьями. С остальными – на вы. Мне так удобнее. Образуется дистанция. Меня, к примеру, коробит, когда иные чиновники, даже младше меня по возрасту, принимаются тыкать. Считают, что обладание статусом министра им позволяет такое панибратство. А это просто показатель их воспитания.

Сапунов: Таксисты тоже тыкают.

Азер Гариб: Таксисты – ладно… На рабоче-крестьянском уровне у нас это не считается неуважением. Наоборот, считается, что это знак хорошего отношения. Но для людей с высшим образованием, находящихся на высоком социальном уровне, это недопустимо … И с женщинами я только на вы. У меня есть сотрудница. Мы с ней знакомы 15 лет и всегда – на вы.

Сапунов: У вас в манерах есть что-то аристократическое. Вы из какого сословия?

Азер Гариб: Пожалуй, из интеллигенции. Нас можно назвать потомственной педагогической интеллигенцией. Мой дед был первым Заслуженным учителем в Габале, там его именем названа улица. Он 50 лет руководил школой, его награждал Калинин. Про прадеда я мало что знаю… Он писал стихи, пародии на своих односельчан, как сейчас сказали бы, эпиграммы, и во мне, видимо, играют его гены. Отец преподавал в вузе, мама тоже педагог, но ни я, ни брат, ни сестра по этой стезе не пошли, хотя к старости я, пожалуй, решусь вести факультативный курс «Страноведение» в каком-нибудь институте. В корнях любого нашего интеллигента всегда есть село.

Сапунов: Вы много работаете?

Азер Гариб: И очень давно! Меня уже в 8-м классе отец заставил устроиться на работу, хотя мы не бедствовали. Надо было видеть, как я приезжал на собственной машине в магазин, где работал ночным сторожем (улы6ается). Потом сторожил судоремонтный завод, закончил востфак… В 1988 году я опубликовал в «Известиях» заметку о том, что Кировабаду надо вернуть историческое название Гянджа. И потому меня после армии взяли в политотдел МВД, откуда спустя год уволили по статье: я порвал партбилет, протестуя против ввода войск в Баку …

Сапунов: Вы себя считаете профессиональным путешественником или туристом?

Азер Гариб: А какая разница?

Сапунов: Путешественник способен что-то открыть, он сам выбирает путь. Туриста, как правило, ведут.

Азер Гариб: Тогда я, пожалуй, путешественник.

Сапунов: Вы объездили почти 70 стран. По какому принципу вы формировали свои маршруты?

Азер Гариб: Сперва я объездил Европу. Начал со знаковых городов – Париж, Лондон, Рим, Мадрид и так далее. Потом перешел на Восточную Европу, оттуда – в Прибалтику, дальше – в  Скандинавию. Затем наступил черед Азии. И Азия мне нравится больше всего.

Сапунов: Где же вы не были?

Азер Гариб: Много где! Не был в Южной Америке, не был в Австралии, не был в Африке. Египет не считается.

Сапунов: Куда хочется вернуться, а куда не тянет?

Азер Гариб: Да везде я побывал бы еще. Впрочем, где-то и побывал. В Лондон ездил по нескольку раз в год. А вот Париж не люблю. И в Азию с удовольствием вернулся бы – на Лангкави, в Борнео. Даже в Индию, где я испытал шок от их антисанитарии, я бы вернулся. Наверно, оттого, что там чувствуешь себя белым человеком. И есть что посмотреть. Экзотика! Мне нравится экзотика.

Сапунов: Включая пищу?

Азер Гариб: Я не поклонник кулинарных изощрений — французских, итальянских. Я везде стандартно заказываю стейк.

Сапунов: Даже в Индии?

Азер Гариб: Там я заказывал тандури чикен! Очень мне понравилась кухня Чехии, Румынии. А самый большой кулинарный шок я испытал в Бангкоке, где увидел, как на улице жарят тараканов и насыпают их в кулечки. Иностранцы покупают и грызут как семечки.

Сапунов: Я бы попробовал.

Азер Гариб: Я – нет. Я не такой экстремал, хотя в Индии, несмотря на предупреждения, спокойно ел на улице тамошний фастфуд. И в Таиланде тоже.

Сапунов: Как вы считаете, на Земле есть белые пятна?

Азер Гариб: Вряд ли. У меня есть мои личные белые пятна.

Сапунов: А в Азербайджане есть белые пятна? Мне наша родина представляется чрезвычайно неисследованной.

Азер Гариб: Да, я с вами согласен. Много туристических штампов, но если серьезно покопаться, можно ведь обнаружить массу интересных с точки зрения истории, географии, этнографии мест. О них порой знает только местное население, но не упоминает ни один путеводитель.

Сапунов: Кто в мире на нас похож? Какой народ вам напомнил азербайджанцев?

Азер Гариб: Итальянцы! Экспрессивные, темпераментные. Только вот пустые банки из окон не выбрасывают.

Сапунов: У кого мы могли бы что-то перенять?

Азер Гариб: Есть немало, что чужеземцы могли бы перенять у нас – восточное радушие, азиатское гостеприимство без западной наигранности. А у иностранцев мы могли бы перенять умение стоять в очередях, вести себя нормально на дорогах и, пожалуй, культуру полемики. Расскажу вам один эпизод. Я вообще-то к спорту равнодушен, но в Англии как-то отправился на футбольный матч – поглядеть, как там все происходит. Даже не помню, кто играл. Я наблюдал за болельщиками! Одна часть трибун орала оскорбления в адрес другой, скандировали какие-то обидные речевки, лозунги. Те, другие, тоже не оставались в долгу. Я думал, что после игры эти тиффози порвут друг друга, а заодно и меня. А они все вместе отправились пить пиво! Так и в политике. Как оппоненты, они могут до умопомрачения спорить, кричать друг на друга, а затем спокойно пить друг с другом кофе. Нашим бы такие навыки! У нас те, кто больше всех говорит о демократии, больше всех и нетерпим к другой точке зрения. И еще есть у нас такая категория людей – как видят иностранца, принимаются жаловаться на свою страну. «Все плохо! В Гюняшлях вода не идет!» В Европе, те же итальянцы, могут ругать свою страну, обсуждать недостатки, проклинать на чем свет стоит, но если к ним приблизится иностранец, они прекратят свои распри. Если я, например, в компании англичан буду выступать на тему «Какой Азербайджан плохой!», на меня посмотрят не очень хорошо: это приз нак дурного тона – критиковать родину при посторонних!

Сапунов: В какой стране вы хотели бы жить? Не вообще эмигрировать, но жить, скажем, по нескольку месяцев в году?

Азер Гариб: Я не очень люблю бакинские зиму и лето. Летом уезжал бы на Ривьеру, в Лигурию. А зиму я предпочел бы проводить на Лангкави. Уютный остров, где можно купить домик за 20-30 тысяч долларов, нанять служанку за 100 долларов, гулять в джунглях, купаться в теплом море. И машина не нужна, и одежда не нужна.

Сапунов: И опять же мусульманская страна, если есть нужда в религиозных отправлениях. Я на Лангкави был как раз во время Курбан-байрама.

Азер Гариб: Вот еще хотел бы отметить разницу толкования ислама у нас и в Малайзии. У нас, очевидно, сказывается близость Ирана. А в Малайзии ислам светлый, радостный, позитивный. Рамазан – у них большой праздник! Люди танцуют, везде столы накрывают! У них во время рамазана престижно справить свадьбу! Ифтар наступил – играй свадьбу!

Сапунов: Какая страна вас разочаровала?

Азер Гариб: Бруней! Я думал, если их султан самый богатый человек в мире, то и страна соответствующая. Ан нет! Бедная страна. Аэропорт похож на наш старый автовокзал.

Сапунов: Путешествия не единственное ваше занятие. Русскоязычный интернет-канал аzru.tv достиг своего «потолка»?

Азер Гариб: Надеюсь, что нет. Конечно, этот проект абсолютно убыточен, существует только на наши с братом средства и только благодаря авторам-альтруистам, которые ведут на канале свои проекты без каких-либо гонораров. Я надеюсь, что рано или поздно кто-то из рекламодателей проникнется социальной значимостью этой затеи. Однако пока я своими призывами никого пробить не смог.

Сапунов: Вы давно никуда не выезжали?

Азер Гариб: Давно! Уже полгода никуда не выезжал. Это связано с проблемами спонсирования программы «Оралар». Что, в свою очередь, связано с тем, что рекламодателям неинтересна реклама на нашем телевидении. Это телевидение для домохозяек. Для крупных банков или страховых компаний они не являются целевой аудиторией.

Сапунов: Что же делать с телевидением?

Азер Гариб: Должен измениться подход. Телеканалы не должны производить программы. Так не должно быть. Их задача вещать. А я плачу телеканалу за эфир. Это нонсенс! Это даже не позавчерашний день!.. Я не уверен, что так вообще когда-либо было в мировом телевидении. Телеканал может производить новости, остальное должен покупать.

Сапунов: Свежую передачу ждать не скоро?

Азер Гариб: Я начал писать книгу – в жанре путевых заметок. Тут старых впечатлений еще года на три хватит. И еще хочу запустить блог о путешествиях.

Сапунов: Если я не ошибаюсь, на старом сайте oralar.az была рубрика эhиграмм. Куда она делась?

Азер Гариб (вздыхает): Да, была …

Сапунов: Обижаются?

Азер Гариб: Обижаются. Единственный, кто не обижался, – Азад Рагимов. Всегда меня спрашивал: «Есть новая эпиграмма на меня?» Хафиз Пашаев предлагал мне выпустить книжку эпиграмм с его иллюстрациями (он хорошо рисует), но так и не случилось. Сейчас иногда пишу в стол.

Сапунов: Эпиграммы в стол – очень характерная черта эпохи… Причем не столько цензура давит, сколько самоцензура.

Азер Гариб: Внутренняя цензура мешает. И еще мешает завязка на личных связях. Страна небольшая, все друг друга знают. Написал я в Facebook о своем недовольстве по поводу одного сервиса. Мне позвонил такой человек, которому я не смог отказать. Он мне не начальник, не родственник. Но я не смог. Вот такое положение вещей нас тормозит. Часто плохие работники оказываются хорошими знакомыми. И они всегда могут позвонить.

Редакция благодарит NоЬеl Oil Сlub и бутик Gianfranco Ferre за помощь при создании материала.

2012 год

Фото: Руслан Набиев

Вам также может понравиться