«Зеленый диван» с Вахидом Мустафаевым

2012 год

90 просмотров

Президент группы компания ANS Вахид Мустафаев (Нахыш) работает 36 часов в сутки: руководит холдингом, снимает кино, побывал практически во всех «горячих точках» земного шара, как фронтовой журналист. На нашу встречу он пришел минута в минуту. Вместе с ним был советник Маис Мамедов – патриарх азербайджанской тележурналистики.

Сапунов: Кажется, вы первый наш герой, у которого есть телохранитель…

Мустафаев: (улыбается) Вы Маиса-муаллима считаете телохранителем? У меня никогда не было телохранителя и не может быть. У меня специфическое отношение к спорту…

Сапунов: А на недавней презентации часов с вами был не телохранитель?

Мустафаев: Нет, вы, наверно, приняли за мою личную охрану службу безопасности Raymond Weil. Мы пережили очень серьезные времена в истории развития компании. Большую часть жизни занимались стрингерством, были действительно серьезные, тяжелые моменты. Но! Мама моя всегда говорила: «Если у тебя есть проблема, не нужно в нее вовлекать еще кого-то». Телохранитель – это всегда возможность кого-то подставить. Мы этим не занимаемся. Да я и не нуждаюсь в телохранителе, слава Богу.

Сапунов: Ваша биография очень насыщенна. Когда-то в ней важное место занимал и рок, группа «Чарли Атл». Куда пропал азербайджанский рок?

Мустафаев: В нашей жизни рок был всегда и сегодня есть. Просто поднять эту субкультуру на высокий уровень не получилось, потому что в Азербайджане есть своя исконная музыкальная культура, с которой року трудно конкурировать. Легче всего року было пробиться в Соединенных Штатах, где не было никакой музыкальной предыстории. А у нас богатейшие музыкальные корни – азаны, ашуги, мугамат и так далее… Мы занимались роком в конце 80-х годов, когда был золотой век рока, как 60-е были золотым веком джаза. Вообще я должен вам сказать: отдельно взятый азербайджанец, если он, что-то делает, то делает это великолепно, на очень высоком уровне. Просто большое количество людей не делает ничего.

Сапунов: Почему же вы тогда не нашли режиссера для своих фильмов?

Мустафаев: В этой области у нас тоже проблемы. Хотя азербайджанский кинематограф – это очень серьезная сфера, которая до сих пор совершенно не исследована. Александр Мишон снял первый азербайджанский фильм в 1898 году! Скажу вам больше. Азербайджанское кино долго шло вровень с американским! В 50-х годах Говард Хоуке снял «Вождя краснокожих», и почти в это же время вышла комедия Гасана Сеидзаде «Не та, так эта». После эпической драмы Куросавы «Семь самураев» и американского вестерна «Великолепная семерка» Тофик Тагизаде снял «Семь сыновей моих». И наши фильмы, ничем не уступающие мировым шедеврам ни в техническом, ни в художественном плане, получали призы в Каннах! Что случилось потом? Распался Советский Союз, к власти пришли чиновники, которые не понимали, что такое культура, финансирование кино упало, разрушилась система кинопроката. Так мы потеряли кинематограф. И сегодня мы пожинаем плоды того уродливого времени. Сфера должна развиваться. Когда у Наполеона спросили, что нужно для того, чтобы выиграть бой, он сказал: «Три вещи: деньги, деньrи и еще раз деньги». Сейчас президент выделил деньги, и все должно сдвинуться с мертвой точки, к позитиву. Пользуясь случаем, хочу поблагодарить главу нашего государства. Без его помощи нам было бы очень сложно…

Сапунов: Сколько стоила ваша картина «Ходжа»?

Мустафаев: У меня после ответов на такие вопросы обычно появляются проблемы… Потому что государственные институты заявляют очень завышенные цены, они снимают, на мой взгляд, не очень серьезные фильмы за несколько миллионов манатов. А я снимаю масштабные вещи, бюджет которых не дотягивает до миллиона. Фильм «Ходжа», в котором было уничтожено 7-8 автомобилей, 4-5 зданий, где в массовках участвовало 3 тысячи человек, обошелся в 750 тысяч манатов, включая питание во время съемок. Фильм был очень сложный с точки зрения производства… У меня есть в данном случае преимущество перед многими режиссерами с академическим кинообразованием, способными просто экранизировать сценарии. Я знаю войну изнутри – я был на всех войнах, кроме, пожалуй, Руанды – от Афганистана до Боснии.

Сапунов: Вы сами снимаете?

Мустафаев: Конечно, я сам езжу, не пускаю своих корреспондентов, это опасно. В марте прошлого в года я был в Египте и Ливии.

Сапунов: Ищете приключения?

Мустафаев: Нет, мы просто работаем.

Сапунов: Опасная работа для главы огромного холдинга!

Мустафаев: Азербайджанский зритель должен получать качественные новости, созданные его соотечественником. Я обязан это делать, и я умею это делать! Когда мир потерял Гамсахурдиа (первый президент Грузии, В.С.), когда все думали, что он уже умер, я сделал репортаж и интервью с ним в бункере! Кстати, это стало причиной открытия телеканала: нас уже достало, что мы делаем репортажи мирового уровня, а их приписывают ВВС или какому-то другому каналу, просто купившему у нас эти материалы. И мы решили показать своему народу: «Ваши дети могут делать такое телевидение!» И Дудаева мы вытаскивали, и Басаева, и из Афганистана шли мои репортажи с Хекматеяром (премьер-министр Афганистана, лидер Исламской Партии Афгаиистана, – В. С.), считавшимся погибшим во время бомбежки.

Сапунов: Вы часто рискуете…

Мустафаев: Для меня намного рискованней играть в большой теннис, к котором, как я читал, самый большой травматизм. Никогда не буду играть в большой теннис. А война – это профессия.

Сапунов: Главное не потерять чувство опасности.

Мустафаев: Да. Я знаю людей, у которых не было этого чувства, и поэтому их сейчас нет среди нас. Один из них – мой брат Чингиз Мустафаев. А на войне что в первый день, что в последний, страх не уменьшается. Как говорил мой отец, мужество это не отсутствие страха, мужество – это наличие идеи, ради которой можно наступить на горло страху. А таких идей много, и мы за ними гонимся до сих пор.

Сапунов: Что скажете про наше телевидение?

Мустафаев: Телевидение в погоне за рейтингом, за GRP (Gross Rating Роint – рейтинг, который показывает о6щее количество контактов аудитории с событием, – В. С.) снизило свой уровень до общей массы, ведь процент тонкой прослойки интеллигенции куда меньше. Если интеллигенция смотрит передачи с более глубоким контентным характером, то для масс достаточно соблюдения древнеримского лозунга «Хлеба и зрелищ!» Это должно регулироваться. В цивилизованных странах есть законы, регламентирующие количество образовательных программ, передач о путешествиях и так далее. У нас таких законов нет. Сфера молодая, и я думаю, что этим кто-то должен заниматься и, возможно, занимается. Но мы пока этого не чувствуем. Вам я скажу первому: с нового сезона мы значительно поменяем лицо ANS; у нас будет меньше развлекательных передач, больше новостей. Эфир будет очень интересным. Мы приглашаем специалистов из Европы и Азии для достижения международного уровня вещания. Мы открываем корпункты в США, Турции, России. Будем служить своему народу на более высоком уровне.

Сапунов: Кто вы по образованию?

Мустафаев: Я мелиоратор, закончил инженерно-строительный институт. Это очень помогает в моей жизни, потому что подготовить почву к орошению, обогатить ее и взрастить на ней плоды – всё это требует большого искусства. Это очень хороший тренинг по менеджменту.

Сапунов: Свой характер вы могли бы описать?

Мустафаев: Это зависит от угла зрения. Для мамы я очень добрый, очень ласковый. Мама говорит: «Похвали его немножко – сядь на него и езжай». Для врагов, естественно, картина другая…

Сапунов: А изнутри?

Мустафаев: Изнутри… Раньше не задумывался… Пожалуй, я человек, который все время должен работать.

Маис Мамедов: Он трудоголик! Он пытается из 24 часов сделать по крайней мере 36! Может ночью поднять людей и сказать: «У меня идея!» Он двигатель всего нового! Но если вы думаете, что его все любят… У него врагов больше, чем друзей.

Мустафаев: Я так не считаю!

Сапунов: Может быть, вы не знаете о ваших врагах потому, что вас защищают ваши друзья?

Мустафаев: Я уверен, что у человека доброе начало главенствует. Каждый человек хороший, все люди добрые. Бог нас такими создал. Аллах не может ошибаться. Просто обстоятельства порой заставляют людей выбирать методы, которые их не красят.

Сапунов: Что вас раздражает в людях?

Мустафаев: У нас сейчас есть очень серьезный стимул и очень много горючего, чтобы поднять нацию во всех сферах. Есть люди, которые этого не понимают; эти люди делают вещи, из-за которых развития не происходит. И еще меня раздражает лень.

Сапунов: Какими достоинствами надо обладать, чтобы устроиться к вам на работу?

Мустафаев: Это вопрос, скорее, к HR… Наверно, прежде всего надо быть профессионалом в своей области.

Сапунов: Но во многих отраслях у нас попросту не учат. И с профессионализмом все не так хорошо, как хотелось бы.

Мустафаев: Да, это большая проблема, с которой мы только сейчас начинаем сталкиваться. В ближайшие десять лет нас ожидают еще большие проблемы в этой области. Сравним Азербайджан с Турцией. Я помню, в период, когда я учился в школе, у нас в стране 98% населения были образованны. В Турции этот процент был ниже 50. Сегодня, боюсь, что мы отстаем от Турции в сфере образования. И этого мы «добились» всего за 20 лет … В ХХ веке мы подарили миру минимум 5-6 выдающихся композиторов, а Турция – ни одного. Зато сейчас ситуация иная. И меня возмущает, что у нас такие проблемы с национальным самосознанием, которые непосредственно связаны с образованием.

Сапунов: Может, стоит очередное кино этому посвятить?

Мустафаев: Совершенно верно! Многое связано и со знанием истории, ее героев. Возьмем, к примеру, армянское нашествие на Баку в 1918 году. Нам говорят, что нас спасли турки. Великолепно! Но неужели все азербайджанцы сидели и ждали, когда их спасут? Нет, нашествию оказывали сопротивление наши вооруженные формирования, с врагами дрались азербайджанские rочу. Потом они также оказывали сопротивление XI Красной Армии. Позже их назвали врагами. Но сегодня мы же понимаем, что они боролись за независимость Азербайджана!.. Или возьмем трагедию 20 Января. Вы можете назвать хоть одного героя из оказывавших сопротивление входящим советским войскам? Нет. Но ведь они же были! Я сам участвовал в этих событиях и видел этих людей. Но их имен нет. На Аллее Шехидов захоронены, в основном, невинные жертвы.

Сапунов: О чем ваш новый фильм?

Мустафаев: Один фильм я хотел снимать уже в этом году – о событиях 20 Января. Но в силу некоторых обстоятельств сейчас полностью переписываю сценарий. А следующий фильм будет посвящен 1918 году. Там будут названы имена выдающихся сынов Азербайджана, защищавших нашу страну. Это очень важно для национального самосознания. Не нужно думать, что нас все время кто-то спасает. Надо четко знать, что мы сам и не лыком шиты, и как нация готовы в любой момент любому неприятелю дать отпор.

Редакция благодарит Nobel Oil СlиЬ и бутик Gianfranco Ferre за помощь при создании материала.

Фото: Халид Зейналов

2012 год

Вам также может понравиться