«Зеленый диван» с Саадат Кадыровой

2012 год

123 просмотров

Урожденная ашхабадка, но давно уже москвичка, обладательница трех вузовских дипломов и внушительного послужного списка, эксперт в области внешней политики и обозреватель крупнейшего в России информационного агентства, Саадат Кадырова очень занятой человек. При этом она живое доказательство того, что работа в политике, работа рядом с политикой отнюдь не лишают девушку обаяния и женственности.

Сапунов: Куда ни кинешься, какой сайт ни откроешь, тебя везде расспрашивают о политике. Не находишь ли ты этот образ эксперта односторонним? А ведь ты любишь стихи, кулинарию и что-то еще. Что еще, кстати?

Кадырова: Спасибо, Слава, что ты начал разговор не с политики и вопросов о диаспоре. Да, действительно пишу стихи, сейчас собираю материал для книги, люблю готовить. Полюбила путешествовать… Насчет одностороннего образа эксперта, наверное, это происходит потому, что у меня не очень-то традиционная для восточной девушки профессия, и, конечно, это в первую очередь вызывает интерес. А когда спрашивают про политику, на все остальное не остается времени.

Сапунов: Все знают, что ты работаешь в ИТАР-ТАСС – одном из крупнейших мировых информационных агентств. Что входит в круг твоих обязанностей?

Кадырова: Пишу изо дня в день о том, что происходит в мире внешней политики. Летаю в пуле с министром иностранных дел Сергеем Лавровым, естественно, это накладывает дополнительные обязательства.

Сапунов: Чему научила тебя работа в ИТАР-ТАСС?

Кадырова: Конечно, пришлось переучиваться писать, у информагентств свой стиль. В иных публикациях можно растекаться по древу, здесь же нужен более собранный, более насыщенный слог, конкурентная борьба между информационными агентствами идет на минуты. И когда я подписываюсь просто Саадат Кадырова – я несу ответственность только за себя. Но за подписью Саадат Кадырова, ИТАР-ТАСС стоит ответственность намного большая. Этому уровню надо соответствовать. Критерии жестче, требования выше. Всегда нужно быть собранной и при этом не потерять некую журналистскую изюминку, ради которой завтра купят ту или иную новость.

Сапунов: Ты работала в «Яблоке», ты была помощницей Хакамады. Что было самым трудным в сотрудничестве с такими личностями, как Григорий Явлинский, Ирина Хакамада?

Кадырова: С одной стороны, работать с людьми известными, именитыми всегда сложно. С другой стороны, это не мыльные пузыри, за которыми ничего не стоит. Это умные, профессиональные люди. А с профессионалами работать легко – не нужно доказывать, что черное – это черное, а белое – это белое. Они с полуслова все понимают.

Сапунов: Ты сумела закончить сразу два университета, а затем еще один. И производишь впечатление очень занятого человека. Как ты все успеваешь?

Кадырова: Вопрос самоорганизации! Если человек хорошо организован – у него возможности просто нереальные! Он может успеть очень многое! А если вы будете постоянно себя жалеть: «Ляrу-ка пораньше да посплю до одиннадцати», «Погуляю с друзьями, а дела подождут», – тогда вы, разумеется, ничего не успеете.

Сапунов: Главное правильно расставить приоритеты?

Кадырова: Да. В первую очередь делать то, что нужно. Сначала я должна дочитать, дописать, доучить, а уж потом идти гулять. И только так можно успеть все.

Сапунов: Сейчас ты еще и преподаешь. Представляю, какого размера у тебя CV…

Кадырова: Был в моей жизни такой интересный случай. Я пришла устраиваться на работу в очень серьезную компанию, и ее руководитель (весьма известная личность, не буду называть его имени), ознакомившись с моим CV – тогда оно было раза в три меньше, – сказал: «Вы знаете, Саадат, вы слишком хороши для этой позиции. Если я вас возьму, вы можете уйти через год, а мне здесь нужен человек постоянный». И с такой формулировкой я сталкивалась не раз. И наоборот, один начальник из международной структуры мне как-то сказал: «Вы работали с Явлинским? С Хакамадой? Беру без собеседования!» Хотя Хакамада мне советовала: «Знаешь, Сада, если ты хочешь нормально существовать в России, вычеркни эти две фамилии из своего резюме!»

Сапунов: Не убрала?

Кадырова: Нет, конечно. Никогда не изменю свои имя фамилию на более удобные в России. И никогда не вычеркну из послужного списка имена людей, с которыми работала. Даже если завтра этих людей будет разыскивать Интерпол. Это мое прошлое, мне за него не стыдно. Я уважаю этих людей.

Сапунов: А удавалось ли тебе как-то на них влиять?

Кадырова: Ну это у них надо спросить… хотя был случай. Ты до интервью спрашивал меня про Алексея Навального, сейчас у меня почему-то все про него спрашивают…

Сапунов: Да…

Кадырова: Он вместе со мной начинал работать в «Яблоке». И когда я впервые услышала от Алексея Навального националистические высказывания вроде «вы – чернож…е», я рассказала об этом Григорию Алексеевичу Явлинскому. Тот ответил: «Сада, ты же понимаешь, что мы не можем сейчас порочить имя партии, вынося на обсуждение подобные ситуации». И тогда я сама вышла из партии. А когда спустя несколько лет Навального с треском вышибли из «Яблока» по той формулировке, мне передали, что руководство отмечало: «Девочка, годящаяся нам в дочери, еще несколько лет назад предупреждала о том, до чего мы до шли только сейчас».

Сапунов: Недаром же ты и преподаешь уже. Религиоведение преподавала, сейчас – лоббизм, управление информацией, теорию интервью, как я слышал…

Кадырова: Да, сейчас преподаю в МГУ.

Сапунов: Так каковы же главные принципы интервью?

Кадырова: Истинное лицо человека вы узнаете лишь тогда, когда выведете его из зоны комфорта. Но это очень тонкая грань. Нельзя загонять человека в угол. Надо дать своему собеседнику возможность красиво выйти из ситуации. Открыть перед ним две двери и посмотреть, в какую он выйдет.

Сапунов: Попытаюсь соблюсти ту грань … Ты как-то призналась, что твой любимый город – Баку.

Кадырова: Да, это так.

Сапунов: Но ведь ты полжизни провела в Ашхабаде, другую половину – в Москве. А любишь Баку. Как же так?

Кадырова: А в чем вопрос?

Сапунов: Почему любишь Баку больше, чем родной Ашхабад и ставшую родной Москву?

Кадырова: Азербайджан – моя родина, а еще, может, потому, что не живу эдесь. Приезжаю сюда к друзьям. Здесь все родное: язык, еда, запахи. А поскольку я здесь не работаю, то ничто не отягощает моего пребывания в этом замечательном городе.

Сапунов: Что тебя здесь чаще всего спрашивают о России?

Кадырова: Чаще всего задают вопросы о диаспоре.

Сапунов: Может ли Азербайджан в чем-то рассчитывать на свою диаспору?

Кадырова: Сегодня нет. В Москве огромное количество умных, талантливых людей, но они неорганиэованы.

Сапунов: Возможно ли их организовать?

Кадырова: Я не очень верю в искусственные организации. Признаю только пассионарность. Ты знаешь, я считаю, что нам надо быть более толерантными друг к другу и менее – к остальным. Пока все наоборот. Мы очень любим гостей, но к своим чрезвычайно нетерпимы.

Сапунов: Что тебе в нашем менталитете близко, а что ты не приемлешь?

Кадырова: Люблю нас и потому отметаю все, что мне некомфортно. А нравится мне то, что в наш ем менталитете есть разделение на мужские и женские обязанности, что наши мужчины пока еще должны содержать семью, а женщины хранить очаг (улыбается). Я за неравноправие в семье, я за то, чтоб мужчина принимал решения и брал на себя ответственность – и за успехи, и за провалы своих решений.

Сапунов: Ты готова доверить какому-то мужчине право принятия решений?

Кадырова: (смеется) Я даже готова вручить ему символический ключи к от всех возможных решений.

Сапунов: Ты же самостоятельная женщина, ты же…

Кадырова: Именно поэтому, Слава! Именно поэтому!

Сапунов: Устала? Надоело?

Кадырова: Для меня нет проблемы с принятием решений. Москва – это большой мастер-класс, после которого можно жить хоть в Мозамбике или в Афганистане, и вам не будет страшно. Дело в другом: найдется ли мужчина, способный принять решение за меня?

Сапунов: Суровые принципы, четкие правила… Тебя никогда не называли железной леди?

Кадырова: Нy какая железная леди? Я когда смотрю сентиментальное кино, плачу. Те, кто знают меня поближе, наверняка даже не поймут вопроса… Я сказала тебе, что признаю первенство мужчин в семье, что готова передать право решения вопросов мужчине. Где тут железная леди?! Может, дело в том, что сегодня так мало людей с принципиальной позицией, что если человек не прогибается, не подхалимничает и говорит то, что думает, – это уже признак несгибаемой воли?!

Сапунов: Да, иные побаиваются умных и сильных женщин.

Кадырова: С сильной женщиной не нужно самоутверждаться, эффективнее сделать ее своим партнером. Умные мужчины поступают именно так – делают их своими единомышленницами и добиваются очень многого.

Сапунов: Что для тебя главное в жизни?

Кадырова: Внутренний комфорт, который, между прочим, никак не связан с материальной ситуацией. Бывали моменты, когда у меня все было прекрасно с денежной точки зрения, но при этом я чувствовала себя очень неуютно. И напротив, не было средств к существованию, а мне было так хорошо! Потому что было с чем сравнивать. Если опуститься до простейших примеров… С одним мужчиной будет уютно даже в троллейбусе, и ты будешь чувствовать себя Женщиной, понимать, что с тобой Мужчина, с которым ничего не страшно. Ты способна взять сумку, в которой будут два пиджачка и ботиночки, да пойти за ним на край света, жить в коммуналке, испытывая абсолютное счастье. И наоборот: есть мужчины, с которыми будет жутко дискомфортно даже в роскошном Merсedes-Benz, и ты с ними не захочешь оставаться ни при каких обстоятельствах.

Сапунов: Чего еще ты избегаешь в жизни?

Кадырова: Я в жизни стараюсь избегать зависимости от ситуаций и от людей. Я выбираю друзей и работу по состоянию внутреннего уюта, не потому что так выгодно, а потому что мне комфортно с этими людьми и на этой работе.

Сапунов: Завтра ты возвращаешься в Москву. К кому?

Кадырова: Хороший вопрос. К себе, наверное (улыбается). Жизнь – она есть или ее нет. Как определить, каждый сам решает. В жизни мы одни рождаемся на свет. И одни мы в этой жизни умираем. Вот так.

Редакция благодарит Nobel Oil Сlub и бутик Gianfranco Ferre за помощь при создании материала.

Фото: Руслан Набиев

2012 год

Вам также может понравиться