Сгущались сумерки. На улице становилось все темнее и темнее. По телевизору мультиков не планировалось. Но был способ украсить вечер ярким и интересным развлечением. Родители доставали из-под кровати две коробки. В одной из них был серый металлический фильмоскоп, а в другом – небольшая коллекция диафильмов.
Обязанности во время просмотра делились поровну. Я заправлял пленку в проектор, а кто-то из взрослых читал текст на экране. Я и сам уже умел читать, но слушать сказку было интересней, полностью сосредоточившись на красочных картинках.
Диафильмы были популярным развлечением в СССР на протяжении, пожалуй, полувека. Вслед за студией «Диафильм», основанной в 1930 году, ленты со сказками, веселыми и поучительными рассказами, познавательными материалами стали выпускать самые разные студии в Союзе, включая «Азербайджанфильм».
Стоимость простого диапроектора была невысокой. К примеру, мой ФД-68 стоил 12 рублей. А сами пленки в пластмассовых коробочках или в алюминиевых тубусах стоили и вовсе копейки. Зато разнообразие был просто невероятным. Только студия «Диафильм» выпускала свыше 300 пленок в год.
Будучи дошкольником, я, конечно, предпочитал простые и добрые сказки и истории вроде «Зайка-зазнайка», «Дядя Степа» (обе по Сергею Михалкову), «Сказка о глупом мышонке» (по сказке Самуила Маршака), «Про козленка, который умел считать до десяти» (по сказке Альфа Прейсена) и так далее. Случайно мне купили диафильм по страшной сказке Вильгельма Гауфа «Карлик Нос». И он стал причиной моих ночных кошмаров. С тех пор я не очень люблю мрачные истории Гауфа.
Повзрослев, я стал использовать фильмоскоп лишь как осветительный прибор для домашних представлений.
К проекционным радостям я неожиданно вернулся в классе примерно седьмом, когда дядя Юра подарил мне диапроектор «Этюд». Этот прибор позволял проецировать слайды. Их наборы, как и диафильмы, продавались в игрушечных отделах универмагов. Ассортимент был не очень велик. К тому же, в отличие от диафильмов, слайды не имели ни текста, ни объединяющего сюжета. В моей коллекции появились подборки «Бабочки», «Мультфильмы Федора Хитрука» и еще какие-то. Зато, к счастью, я тогда уже вовсю увлекался фотографией и мог снимать слайды самостоятельно. Кстати, со временем я выяснил, что вовсе необязательно растягивать в комнате простыню в качестве экрана или приспосабливаться к беленой стене. Оказалось, что проецировать слайды (и, наверно, диафильмы) можно просто на экран выключенного лампового телевизора.
Незадолго до школы, от диафильмов, беззвучных, но красочных, я перешел к развлечениям противоположного, если можно так сказать, толка. Бабушка Полина подарила мне на семилетие радиолу «Вега-312-стерео» – точно такую, какая сейчас украшает в Баку ресторан «Мари Ванна». У радиолы было два больших динамика. Их развесили по разным углам комнаты.
Конечно, на праздники, и даже на мой собственный день рождения, старшие включали свою взрослую музыку: Аллу Пугачеву, ВИА «Самоцветы», хорватского певца Ивицу Шерфези и так далее. Но когда я оставался один, я включал любимые диски из постоянно пополнявшейся коллекции.
Наверно, в те времена у всех были пластинки «Бременские музыканты» (за всех персонажей поет Олег Анофриев) и «По следам Бременских музыкантов» (великолепный вокал Муслима Магомаева!), «Приключения Чиполлино», «Чебурашка», «Голубой щенок» (замечательный дуэт Андрея Миронова и Михаила Боярского). Да, аудиосказки озвучивали лучшие артисты страны, для этих грампластинок писали лучшие композиторы и авторы.
Я очень любил пластинку «Приключения Пифа» – веселую историю про французского пса Пифа и его антагониста кота Геркулеса. В работе над эти диском принимали участие Георгий Вицин (Пиф), Ростислав Плятт (Дядя Цезарь), Елена Понсова (Тетя Агата) и другие.
Как правило, детские сказки выпускались на средних пластинках, диаметром 25 см. Этот формат назывался «Гранд», такие пластинки использовали в основном для сказок и для учебных материалов. Длительность «грандов» была примерно по 15 минут с каждой стороны.
На маленьких пластинках («Миньоны», 17,5 см) выходили песни для детей, например, из фильма «Приключения Буратино». Но бывали и короткие сказки. Александр Лившиц и Александр Левенбук записали уморительную композицию про Муху-Цокотуху. Они разложили сказку Корнея Чуковского на два голоса и создали настоящий исполнительский шедевр, вошедший в маленький сборник «Муха-Цокотуха и другие смешные сказки для ребят-трулялят».
Реже выходили и большие пластинки для детей – «Гиганты», 30 см. У меня таких было две: «Маугли», которую я не любил, и «Старик Хоттабыч», которого озвучил знаменитый Николай Литвинов, и которую я слушал очень часто. Длительность «Старика Хоттабыча» была 55 минут – почти полнометражное кино. Включай пластинку, ложись на диван, закрывай глаза и представляй сказку. Правда, на середине придется вскочить, чтобы пластинку перевернуть…
Со временем самой длинной аудиоисторией в моей коллекции стал мюзикл «Д’Артаньян и три мушкетера», аж на трех «гигантах» вместивший не только все хиты из одноименного фильма, но и монолог Д’Артаньяна, и несколько песен, не вошедших в картину Георгия Юнгвальд-Хилькевича («Дуэт Короля и Де Тревиля», «Песня кармелиток», «Песня Миледи», «Дуэт Аббатисы и Миледи»). Я прослушал этот альбом не один десяток раз. И до сих пор храню, как память о грампластиночной молодости.
…Первым интервью в моей журналистской биографии стала беседа с Михаилом Боярским. Я постеснялся сказать Михаилу Сергеевичу, что вырос на его песнях, но арию Пирата из «Голубого Щенка» и перформансы Д’Артаньяна, конечно, не мог не припомнить.
А значительно позже мне посчастливилось встретиться с Юрием Ряшенцевым – автором текстов всех песен из мюзикла «Д’Артаньян и Три мушкетера». Юрий Евгеньевич очень удивился моим комплиментам. А что поделать, если Ряшенцев – единственный современный русский поэт, которого я могу цитировать страницами. Да, в этих стихах попадаются слова вроде «Pourquoi Pas?», «Voilà», «À la guerre comme à la guerre», «Merci beaucoup», но все равно это замечательные стихи моего детства.
Две капли сверкнут, сверкнут на дне,
Эфес о ладонь согреешь,
И жизнь хороша, хороша вдвойне,
Коль ей рисковать умеешь.
Пуркуа па? Пуркуа па?
Почему бы нет?
К слову, в год, когда я встретился с Боярским, Украинская студия хроникально-документальных фильмов завершила выпуск цикла диафильмов «Три мушкетера». Это немое кино вышло на четырех пленках и состояло примерно из 168 кадров. Эти пленки, как и все упомянутые диафильмы и аудиосказки, сегодня доступны в интернете.